Бесплатный хостинг

Поэты
Аврутин Анатолий
Белянин Андрей
Боброва Юлия
Бондаренко Жанна
Буравкин Геннадий
Виноградова Мария
Вольский Сергей
Гумилёв Николай
Есенин Сергей
Жукович Василь
Климович Игорь
Козлова Ирина
Мазаник Александр
Медведский Эдуард
Мельник Александр
Морозов Юрий
Нежевец Алексей
Письменков Алесь
Подлесная Ольга
Полеес Елизавета
Поликанина Валентина
Пушкин Александр
Рубцов Николай
Скоренко Тим
Солобай Андрей
Солобай Сергей
Сологуб Фёдор
Ступинский Владимир
Чуприна Оксана
Шнюкова Анна
Ягодинцева Нина
Янищиц Евгения

 

На этой странице
Гумилёв Николай
Мечи и поцелуи

Есенин Сергей
Листья падают
Песня под тальянку

Рубцов Николай
Видения на холме
Деревенские ночи
Шторм

Пушкин Александр
Зимний вечер

Сологуб Фёдор
Ирина
Песня неволи

 

ГУМИЛЁВ Николай Степанович (1886—1921), великий русский поэт. Родился в семье морского врача. Первая публикация в 1902 в газете «Тифлисский листок» В 1905 издал первый сборник стихов. Один из крупнейших исследователей Африки, совершил несколько экспедиций по Африке и привез в Музей антропологии и этнографии (СПб) богатейшую коллекцию. При активнейшем участии Гумилёва был основан «Цех поэтов». В 1914—1918 годах находился в действующей армии. Награжден Георгиевским крестом 4-й степени. 3 августа 1921 года Гумилёв был арестован, позже — расстрелян.
Мечи и поцелуи
   С тобой я буду до зари, 
   Наутро я уйду 
   Искать, где спрятались цари, 
   Лобзавшие звезду. 
      У тех царей лазурный сон 
      Заткал лучистый взор; 
      Они — заснувший небосклон 
      Над мраморностью гор. 
    
Я знаю, что ночи любви нам даны 
И яркие, жаркие дни для войны. 

   Сверкают в золоте лучей 
   Их мантий багрецы, 
   И на сединах их кудрей 
   Алмазные венцы. 
      И их мечи вокруг лежат 
      В каменьях дорогих, 
      Их чутко гномы сторожат 
      И не уйдут от них. 
    
Я знаю, что ночи любви нам даны 
И яркие, жаркие дни для войны. 

   Но я приду с мечом своим; 
   Владеет им не гном! 
   Я буду вихрем грозовым, 
   И громом и огнем! 
      Я тайны выпытаю их, 
      Все тайны дивных снов, 
      И заключу в короткий стих, 
      В оправу звонких слов. 
    
Я знаю, что ночи любви нам даны 
И яркие, жаркие дни для войны. 

   Промчится день, зажжет закат, 
   Природа будет храм, 
   И я приду, приду назад, 
   К отворенным дверям. 
      С тобою встретим мы зарю, 
      На утро я уйду, 
      И на прощанье подарю 
      Добытую звезду.

Я знаю, что ночи любви нам даны 
И яркие, жаркие дни для войны. 

ЕСЕНИН Сергей Александрович (1895—1925), русский советский поэт. Родился в крестьянской семье, в 1912 году переехал в Москву, с 1914 году печатался. В 1915 переезжает в Петербург, знакомится с Блоком, Клюевым, Гумилёвым; выступает на концертах с чтениями стихов, посещает приёмы у меценатов; знакомится с царской семьёй. С воодушевлением встречает революцию, пишет поэмы, издаёт сборники. В 1925 году Есенин постоянно под угрозой ареста. Вскоре после появления его последнего сборника «Страна Советская» 28 декабря 1925 года Сергей Есенин кончает жизнь самоубийством.
Листья падают
Листья падают, листья падают.
Стонет ветер, протяжен и глух.
Кто же сердце порадует?
Кто его успокоит, мой друг? 

   С отягченными веками
   Я смотрю и смотрю на луну.
   Вот опять петухи кукарекнули
   В обосененную тишину. 

Предрассветное. Синее. Раннее.
И летающих звезд благодать.
Загадать бы какое желание,
Да не знаю, чего пожелать. 

   Что желать под житейскою ношею,
   Проклиная удел свой и дом?
   Я хотел бы теперь хорошую
   Видеть девушку под окном. 

Чтоб с глазами она васильковыми
Только мне — не кому-нибудь —
И словами и чувствами новыми
Успокоила сердце и грудь. 

   Чтоб под этою белою лунностью,
   Принимая счастливый удел,
   Я над песней не таял, не млел
   И с чужою веселою юностью
      О своей никогда не жалел. 

Песня под тальянку
Сыпь, тальянка, звонко, сыпь, тальянка, смело!
Вспомнить, что ли, юность, ту, что пролетела?
Не шуми, осина, не пыли, дорога.
Пусть несется песня к милой до порога.

Пусть она услышит, пусть она поплачет,
Ей чужая юность ничего не значит.
Ну а если значит — проживёт не мучась.
Где ты, моя радость? Где ты, моя участь?

Лейся, песня, пуще, лейся, песня, звяньше.
Все равно не будет то, что было раньше.
За былую силу, гордость и осанку
Только и осталась песня под тальянку.

РУБЦОВ Николай Михайлович (1936—1971), русский поэт. Скитался по стране, был библиотекарем, кочегаром на судне, служил на Северном флоте, работал в Ленинграде на Кировском заводе. В 1962—1969 учился в Литературном институте им. М.Горького. Печатался с 1962, Опубликовал 6 поэтических сборников. В поэзии Рубцова, многообразной ритмически и лексически, привлекают свежесть и острота восприятия, философичность, фольклорная образность, эмоциональное ощущение связи с природой.
Видения на холме
Взбегу на холм
                и упаду
                          в траву.
И древностью повеет вдруг из дола.
И вдруг картины грозного раздора
Я в этот миг увижу наяву.
Пустынный свет на звездных берегах
И вереницы птиц твоих, Россия,
Затмит на миг
В крови и жемчугах
Тупой башмак скуластого Батыя!..

Россия, Русь — куда я ни взгляну...
За все твои страдания и битвы —
Люблю твою, Россия, старину,
Твои леса, погосты и молитвы,
Люблю твои избушки и цветы,
И небеса, горящие от зноя,
И шепот ив у омутной воды,
Люблю навек, до вечного покоя...
Россия, Русь! Храни себя, храни!
Смотри, опять в леса твои и долы
Со всех сторон нагрянули они,
Иных времен татары и монголы.
Они несут на флагах чёрный крест,
Они крестами небо закрестили,
И не леса мне видятся окрест,
А лес крестов
            в окрестностях
                              России...
Кресты, кресты...

Я больше не могу!
Я резко отниму от глаз ладони
И вдруг увижу: смирно на лугу
Траву жуют стреноженные кони.
Заржут они — и где-то у осин
Подхватит эхо медленное ржанье,
И надо мной —
                      бессмертных звёзд Руси,
Спокойных звезд безбрежное мерцанье... 
Деревенские ночи
Ветер под окошками, тихий, как мечтание, 
А за огородами в сумерках полей 
Крики перепелок, ранних звезд мерцание, 
Ржание стреноженных молодых коней. 

К табуну с уздечкою выбегу из мрака я, 
Самого горячего выберу коня, 
И по травам скошенным, удилами звякая, 
Конь в село соседнее понесет меня. 

Пусть ромашки встречные от копыт сторонятся, 
Вздрогнувшие ивы брызгают росой, — 
Для меня, как музыкой, снова мир наполнится
Радостью свидания с девушкой простой! 

Все люблю без памяти в деревенском стане я,
Будоражат сердце мне в сумерках полей 
Крики перепелок, ранних звезд мерцание, 
Ржание стреноженных молодых коней...
Шторм
Бушует сентябрь. Негодует народ.
               И нету конца канители!
Беспомощно в бухте качается флот,
               Как будто дитя в колыбели...

Бывалых матросов тоска томит,
               Устали бренчать на гитаре...
— Недобрые ветры подули, Смит!
               — Недобрые ветры, Гарри!

— Разгневалось море, — сказал матрос
               — Разгневалось, — друг ответил.
И долго молчали, повесив нос,
               И слушали шквальный ветер...

Безделье такое матросов злит.
               Ну, море! Шумит и шпарит!
— А были хорошие ветры, Смит!
               — Хорошие ветры, Гарри!

И снова, маршрут повторяя свой,
              Под мокрой листвою бурой
По деревянной сырой мостовой
              Матросы гуляли хмуро...

Бывалых матросов тоска томит,
               Устали бренчать на гитаре...
— Недобрые ветры подули, Смит!
              — Недобрые ветры, Гарри!

ПУШКИН Александр Сергеевич (1799—1837), великий русский поэт, прозаик, драматург, критик, реформатор русского литературного языка. родоначальник новой русской литературы. Окончил Царскосельский (Александровский) лицей (1817). Был близок к декабристам. В 1820 году под видом служебного перемещения был сослан на юг (Екатеринослав, Кавказ, Крым, Кишинев, Одесса). В 1824 году уволен со службы и выслан в село Михайловское под полицейский надзор до 1826 года. Скончался от раны, полученной на дуэли.
Зимний вечер
Буря мглою небо кроет, 
Вихри снежные крутя; 
То, как зверь, она завоет, 
То заплачет, как дитя, 
То по кровле обветшалой 
Вдруг соломой зашумит, 
То, как путник запоздалый, 
К нам в окошко застучит. 

Наша ветхая лачужка 
И печальна и темна. 
Что же ты, моя старушка, 
Приумолкла у окна? 
Или бури завываньем 
Ты, мой друг, утомлена, 
Или дремлешь под жужжаньем 
Своего веретена? 

Выпьем, добрая подружка 
Бедной юности моей, 
Выпьем с горя; где же кружка? 
Сердцу будет веселей. 
Спой мне песню, как синица 
Тихо за морем жила; 
Спой мне песню, как девица 
За водой поутру шла. 

Буря мглою небо кроет, 
Вихри снежные крутя; 
То, как зверь, она завоет, 
То заплачет, как дитя. 
Выпьем, добрая подружка 
Бедной юности моей, 
Выпьем с горя: где же кружка? 
Сердцу будет веселей

СОЛОГУБ Фёдор Кузьмич (1863—1927), русский писатель и поэт. Окончив учительский институт, преподавал математику. Первые стихи опубликовал в 1884. Принадлежал к символистам, испытал сильное воздействие эстетики европейского декаданса. Автор романов «Мелкий бес» (1907), «Творимая легенда» (1914). Стих Сологуба классически прозрачен и певуч; его поэзия значительно ценнее прозы. Октябрьскую революцию 1917 не принял. Переводил Вольтера, Мопассана, Готье, Бодлера, Верлена и других. Сологубу принадлежит также ряд пьес и статей.
Ирина
Помнишь ты, Ирина, осень
В дальнем, бедном городке?
Было пасмурно, как будто
Небо хмурилось в тоске.
    Дождик мелкий и упорный
    Словно сетью заволок
    Весь в грязи, в глубоких лужах
    Потонувший городок,

И тяжелым коромыслом
Надавив себе плечо,
Ты с реки тащила воду;
Щеки рдели горячо...
    Был наш дом угрюм и тесен,
    Крыша старая текла,
    Пол качался под ногами,
    Из разбитого стекла

Веял холод; гнулось набок
Полусгнившее крыльцо...
Хоть бы раз слова упрека
Ты мне бросила в лицо!
    Хоть бы раз в слезах обильных
    Излила невольно ты
    Накопившуюся горечь
    Беспощадной нищеты!

Я бы вытерпел упреки
И смолчал бы пред тобой,
Я, безумец горделивый,
Не поладивший с судьбой,
    Так настойчиво хранивший
    Обманувшие мечты
    И тебя с собой увлекший
    Для страданий нищеты.

Опускался вечер темный
Нас измучившего дня, —
Ты мне кротко улыбалась,
Утешала ты меня.
    Говорила ты: «Что бедность!
    Лишь была б душа сильна,
    Лишь была бы жаждой счастья
    Воля жить сохранена».

И опять, силен тобою,
Смело я глядел вперед,
В тьму зловещих испытаний,
Угрожающих невзгод,
    И теперь над нами ясно
    Вечереют небеса.
    Это ты, моя Ирина,
    Сотворила чудеса.

Песня неволи
Тень решётки прочной
Резким переплётом
На моём полу.
Свет луны холодной
Беспокойным лётом
Падает во мглу.

Тучки серебристой
Вижу я движенья,
Вижу грусть луны.
Резок холод мглистый.
Страшно заточенье...
Неподвижны сны.

В голове склонённой
Созданы мечтою
Вольные пути,
Труд освобождённый,
Жизнь не за стеною...
Как же мне уйти?

Долетают звуки,
Льётся воздух влажный,
Мысли, как и там, —
Я тюремной муки
Плач и вопль протяжный
Ветру передам.